|
Сегодня утром следователи вновь приступят к осмотру места аварийной посадки самолета Ту-154 «Дагестанских авиалиний». Пока не удалось найти речевой самописец лайнера.
Два других черных ящика уже расшифровывают специалисты Межгосударственного авиационого комитета (МАК). Кроме того, изучаются документы, касающиеся последнего ремонта Ту-154. Взяты образцы топлива еще одного самолета, который заправлялся в субботу в аэропорту Внуково.
Вот два бортовых самописца с самолета Ту-154, совершившего вынужденную посадку в аэропорту Домодедово. Эксплуатационный и аварийный. С них снимаются технические параметры полета лайнера и работы всех его систем. Не хватает только третьего - речевого - самописца, который продолжают искать на месте аварийной посадки.
Пока не найдена запись переговоров экипажа,в лаборатории Межгосударственного авиационного комитета расшифровывают данные о том, как вел себя лайнер во время всего пути. С пленок информацию записывают в компьютер. По графикам эксперты МАК делают свой предварительный вывод: первые шесть минут полет Ту-154 проходит штатно. Потом на диаграмме резкий спад, вдруг топливо перестает поступать в двигатели.
Заместитель председателя Межгосударственного авиационного комитета Олег Ермолов рассказывает корреспонденту:
- С этого момента, что происходит?
- Колеблется подача топлива. Вот графики сходят на нет.
- Это что значит?
- Это прекращение подачи топлива.
Сбой случился на высоте 6,5 тысяч метров. Двигатели работают, но уже недолго.
«После этого первый и третий двигатели остановились. Это случилось уже на высоте 9 тысяч метров. А второй двигатель работал до последнего», - говорит Олег Ермолов.
И вот так на одном двигателе экипаж с трудом, но все таки посадил самолет. Вопрос номер один сейчас - так что же произошло с системой подачи топлива?
- Почему такие колебания могли возникнуть?
- Сейчас трудно ответить на этот вопрос.
- Могло быть плохое топливо?
- Анализ качества топлива и ГСМ, конечно, будет проведен в обязательном порядке.
Этот Ту-154М «Дагестанских авиалиний» вылетел в Махачкалу из Внуково в субботу в 14:07 по Москве. На борту вместе с экипажем - 169 человек. Никаких сигналов об опасности, пока самолет не набирает высоту 9 100 метров. Останавливаются двигатели. Самолет начинает падать.
«Отключились все три двигателя на самолёте. Так же поступил доклад, что в связи с отказом двигателя произошёл отказ генераторов и навигационного оборудования. Поскольку не работало навигационное оборудование, диспетчеры подсказывали экипажу его местонахождение относительно взлётно-посадочной полосы», - говорит один из членов экипажа самолета.
«Нам сказали, что турбулентность. Но по реакции самолёта мы как-то уже поняли, что что-то не то. Наверное, скоро сядем. Но не думал, что такая посадка будет», - вспоминает пассажир.
Как мы выяснили, один из трех двигателей все-таки запустился. Экипаж ищет место, где можно экстренно посадить самолет. Ближайшим оказывается аэропорт Домодедово. Но погодные условия хуже некуда, облачность очень низкая - всего 180 метров. Из-за этого попасть на начало посадочной полосы не получилось. Лайнер сел на короткую резервную. Выкатился за пределы полосы, где врезался в земляной холм.
Пассажир говорит: «Он (самолет) сразу сел на поле. И там сразу свет погас. Внутри темно стало. Уже начал разваливаться. Впереди бугорок был, который и спас его. И после этого бугорка он резко остановился».
После удара самолет развалился на три части. Как рассказывали пассажиры, почему-то не сработали надувные трапы. Так что раненные прыгали на землю и эвакуировали тяжелораненых.
К счастью, разлившееся топливо не загорелось. Только поэтому удалось избежать больших жертв. Но все равно погибли двое. Роза Гаджиева - мать члена Конституционного суда России, и Гаджимурат Магомедов - брат президента Дагестана. 83 человека попали в больницы Домодедово и Москвы.
«Имеются травмы живота, в основном травмы конечностей, есть перелом поперечного отростка позвонка без нарушений спинного мозга. И я думаю, эти люди у нас проведут энное количество времени, небольшое, и мы по возможности будем отпускать домой», - уточнил Анзор Хубутия, профессор, заслуженный врач России директор НИИ Скорой помощи им. Н.В. Склифосовского.
Версий случившегося по-прежнему много - от качества топлива и ошибок экипажа до технического состояния авиалайнера. Ведь ни для кого не секрет, что подавляющее число 154-х - это еще made in USSR - сделаны в Союзе. Правда, этот лайнер, у которого отказали двигатели, в прошлом году проходил плановый ремонт на заводе Внуково-400. И кстати, именно на нем недавно в Воронеж привозили команду Бельгии на матч по футболу. И вроде тогда все прошло штатно.
По факту происшествия возбужденно уголовное дело. Следствие продолжает искать причины. Эксперты МАК продолжают изучать данные бортовых самописцев.
| |